Артёмовский кросс, событие довольно значимое. Большой сбор участников. Всех и увидишь и пообщаешься. А специфика самой дисциплины, скоротечность соревнований, множество заездов и всё наглядно. Всё это создаёт неповторимую атмосферу. И конечно Артёмовский завад шампанских вин. Нам приходилось бывать и на самом заводе и попивать его всемирно известную продукцию. Что происходило на сей раз? А вот в этот злополучный год, по каким-то причинам не успевали подготовить автомобиль. Завтра утром надо быть в Артёмовске. А сегодня мы ещё в гараже. Автомобиль висит на подъемнике полуразобранный, ходовая не собрана, вещи не собраны. С мотором не мог сладить. Есть низа, нет верхов, или работает на верху, снизу не едет. Валера Тодоров заканчивает ходовую. Прошу – «Вареник, будь любезен, обойди ещё раз ходовую, стремянки, тяги, всё пересмотри, не спеши.»

Потому как нестись придётся всю ночь и с собой надо брать ещё четыре человека. Вот в таком состоянии подошёл конец дня. Вопрос с мотором не решён, Мотречко ходит кругами, все готовы. До Артёмовска около девятисот километров, точно не помню. Всё! Больше нет времени, упаковываемся и в ночь снимаемся. Километража достаточно для обкатки мотора. По началу поедем по уму, а потом как карты лягут. Приедем на место там и будем регулировкой заниматься. Ну, это процесс самоуспокоения, более. Кампания довольно быстро утихла и пошла монотонная ночная дорога. Благое дело трасса пустая, едешь сколько едется.
Перед кроссом, Карпов подарил мне авиационную прягу для ремней. Авиационная, как бы, без недостатков. А у нас всё связанное с авиацией, это вещи не вызывающие сомнения. Тысяче процентная гарантия. Поэтому без долгих размышлений пряжка была заменена. Конечно, технические различия были. Раллийная расстёгивалась лёгким движением руки. Надо было просто, чтобы рука прошлась по скобе, и ремни в разные стороны. А у авиационной была кнопка утопленная в корпусе, дабы не произошло случайное отстёгивание. Эти технические отличия не повлияли на решение.
К восьми утра мы были в Артёмовске. Ещё многих нет, но потихоньку собираются и участники и народ. Зрители жуют бутерброды и ходят туда, сюда. Летнее утро, аромат трав с лёгкой не навязчивой примесью бензина. Всё неплохо, вот только мотор не выходит из головы. На трассе машина полность загружена ехала и даже очень ничего. А вот динамику где взять. Сейчас, уже! Вытряхиваем буквально всё, из кузова. Остаётся моя седушка, руль и дуги.
Салон пустой. Суета оживила меня после ночного пробега, начал смотреть на мир другими глазами. Встретились с Вовой Петренко, поговорили. Поспорил с Сергуниным. А теперь можно пару, тройку кругов проехать, понять что у меня за автомобиль. Выехал. Ну фантастика. Грунт укатанный, ходовая просто лижит покрытие, прямики, цирковые повороты, перепады высот, в самом низу правый разворот в стенке и потом в спуске камнем. И с такого хода, трамплин, с которого летишь, не видя места приземления. А потом просто ложишься в профилированный левый.
Да! Это кросс. Вершина. Заезжаю к механикам обменяться мнениями. Решили мелкие проблемы, я собираюсь опять выехать. Моторист Фима Александровский очень деликатно спрашивает – «А нельзя ли пару кругов пассажиром проехать?» Ну пока организатор отсутствует на трассе можно и вдвоём прохватить. Вот только седушки нет. Решаем и эту проблему, ставим инструментальный ящик, руками по сторонам, ногами упёрся, всё! Поехали. Ремней нет, а они и не нужны, пристегнуться не к чему. Да и не надо мудрствовать, летать не собираемся, поедем шагом, для общего представления. Это такая затея была.
Едим длинный прямичёк, поворотик и опять прямичёк в спуск. Еду и думаю, а что он потом будет вспоминать, что он маме расскажет, что детям, что друзьям? И понял я, что проехать надо так, чтобы не было мучительно больно.................!
А что может случится с Фимозой? Ну, так полетает по салону, ну набьёт пару шишек, ну ещё пару синяков. А в Одессе в те годы говорили «Шрам на роже, всего дороже!»
Прости дорогой, пришло время ехать. И мы поехали. Буквально через десять секунд в автомобиле была невесомость. Боковым зрением вижу, Фимоза начинает брейк танцевать. А вот и связка, захватывающая дух. Спуск, поворот, подъём, упор, в упоре разворот........ Вот в этом развороте делаю в тормоз. Педаль проваливается в пол, разворот не состоялся, второй качок педалью делаю, когда мы уже взяли курс на зрителя. Педаль пустая. Тормозов нет.
Люди разбегаются в стороны. Пытаюсь рулёжкой придать, хоть, направление автомобилю. Впереди, по курсу, высоковольтная линия по бокам народ, скатерти, бутылки. Осознав, что тормозов не будет, делаю попытку достать ручник. Но не достаю. Сижу далеко, а ручник был расположен, в те года, под торпедой. Из под ремней не вывернуться. В следующую секунду пытаюсь отстегнуться. Но не могу нащупать кнопку. Была бы скобочка, не кнопочка. Швыряет так, что только зубы лязгают. Вдруг я вижу, как из общего хаоса и летающих предметов, появляется рука тянущаяся к ручнику. Это доли секунды, но я видел это как полнометражный фильм. Вот рука тянется, вот центробежная сила уводит её в сторону, вот она опять к ручнику подбирается. Растопыренные пальцы готовы схватить хромированную ручку спасения.
И вот я слышу характерный для всех ручников треск фиксатора. Фима вытянул ручник так, как машина душу из меня. Чувствую, задние колёса заблокированы. Автомобиль нехотя подчиняется воле пассажира. Остановились.
Смотрю на людей, люди на меня. Молча постояли, посмотрели друг на друга, и я, не спеша, поехал на стоянку.
Спрашиваю – «Валера, а что с тормозами?»
- Да ничего с тормозами, это тормозная трубка на заднем опорном диске откручена, вот вся тормозуха и вылетела.
- Валера, а девятьсот вёрст дороги, а четыре человека в салоне, а ход на трассе под сто пятьдесят!!
- А у тебя трубка откручена
- Валера это не Пёрл Харбор, и мы не японцы. Дожми трубку, налей тормозухи, прокачай тормоза, мне ехать надо, у меня интересная заморочка. Нет времени с тобой лаяться.

А заморочка заключалась в следующем. Поспорил с Вовиком Сергуниным, что выигрываю старт на любом покрытии, и в любую погоду. Потом меня могут объехать, машина не для кросса. Но старт я вырежу в любой ситуации. Вот и открытие соревнований. Вовика пригласили в судейскую коллегию. Стоит на возвышенности судейский вагончик, сидят судьи и обозревают происходящее. Вова мне и говорит, кто проиграет - накрывает стол. Я не возражаю.
А вот и мой заезд. Стою в первом ряду. Старт, уезжаю первым. Дальше сделать ничего не могу, на прямике меня объезжают, ну не едет, что делать. Заезжаю четвёртым. Через заезд опять меня приглашают на старт и опять первый ряд. Всё как по нотам. Уехал первый, заехал третий. Через заезд опять меня приглашают, и опять в первом ряду, а дальше как обычно. Старт первый, финиш пятый. Ситуация просто комедийная. Некоторые не понимают, что происходит. Те кто понимают откровенно, до спазмов смеются. Сергунин в судействе сам не в силах не реагировать. Закрыл лицо.
Опять заезд, опять меня приглашают. Всё повторяется. После подходит Мотречко и говорит – «Гастроном вы сдурели? Шо вы устроили КВН, люди не понимают вообще, что происходит, куда они приехали.» Я сам не могу выйти на люди, меня прёт, больше не могу. Иди, забери своего кума из судейской будки и идите накрывайте друг другу столы

Спор я выиграл. А под красное Артёмовское было о чём поговорить.

В.Стратейчук. 2007г.